Усть-Югуш (август 2006)

Автор:
Рубрика: Летние рыболовные мероприятия

680

Как обычно — после обеда, вместо того, чтоб работать — я сидел в офисе и разглядывал карту нашего региона, а точнее — тот её район, где располагался посёлок Арти.

Передо мной раскинулся большой язык лесостепной зоны, тянувшийся через весь юго-западный угол области. В этом районе леса вытеснялись огромными лугами, местами перепаханными под поля. Сразу вспомнились статьи из журнала «Уральский следопыт», где было опубликовано предположение, что некогда в районе этого языка обитали скифы, которые откололись от основной массы своего этноса и перекочевали на Урал. В качестве доказательств приводились заметки древнегреческого историка Геродота, изучавшего в своё время наши края со слов кочевников и торговцев, побывавших здесь. Даже имели место некоторые археологические находки, подтверждавшие существование на Урале очагов скифской культуры. Не зря же башкиров считают  в какой-то степени «родственниками» скифов.

Но археология и этногенез сейчас мало интересовали меня. Я изучал реку Уфу, а точнее — тот её участок, что тянулся от деревни Уфа-Шигири до Артей. Там мы ещё не рыбачили, и по разговорам — место это было весьма перспективным касаемо рыбы. Туда в этот раз я и поставил крестик, обрадовав нашего шофёра Вано, который рвался куда-нибудь подальше в предстоящие выходные. За компанию прихватили с собой ещё брательника моего двоюродного — Шурика.

Погода субботним утром выдалась жаркой. Пока ехали через Первоуральский и Нижнесергинский районы — ещё можно было терпеть духоту, так как частенько солнце скрывалось за облаками. Но, когда достигли края того самого «лесостепного языка» — облака с неба исчезли и начались мучения. Настежь открытые окна не помогали. Тогда я развернул форточку, которая стоит на передней двери «жигулей», и в салон ворвался поток свежего воздуха, не очень-то прохладного, но всё равно — какая-никакая, а вентиляция. В этот поток засасывало насекомых и они плюхались со всего размаху мне в жилет-разгрузку. А один раз я обнаружил пчелу, сидящую на моей одежде и не желающую улетать. Попытки выгнать её ни к чему не приводили — она крутилась на одном месте, а в руки брать её я не рискнул. Проблема разрешилась сама собой — я вдруг обнаружил у себя на штанах воткнутое пчелиное жало… Ладно хоть не в руку врезалась (я был в футболке с короткими рукавами), а то неизвестно ещё — кто страдал из нас двоих сильнее. И самое главное — штаны не прокусила…

Путь наш лежал на деревню Комарово, что располагалась в редко посещаемой глухомани — в 20 километрах от посёлка Арти — ближе к Уфа-Шигирям. В Комарово один дедок выращивал женьшень на своём участке, под специальными навесами — на лесной почве.

Природа в тех краях была особенно красивой. Буйство растительности, высоченные горы в виде крутобоких стен, заросших елями. Местами в этих стенах обнажались гладкие кирпичики жёлто-серых песчаников. Небольшие речки, словно жидкий хрусталь текущие в зелёной оправе ивово-ольховых урём, навевали одним лишь своим видом приятную прохладу в душе. Сразу хотелось взять короткую удочку и побродить по этим рекам в поисках хариуса… Ну, как начнётся осенний жор этой рыбы — вот тогда и побродим. А сейчас меня больше интересовали подъезды к Уфе, куда бы можно было добраться на заднем приводе.

До самого Комарова дорога идёт вдоль реки, если верить карте. Скроее всего проблем с подъездом не болжно быть. Но на деле оказалось всё иначе — дорога шла вдоль хребта, до реки же было рукой подать, но крутизна склона не позволяла съехать к ней на машине. Нашлась парочка свороток, но раскисшая колея сразу «вправила нам мозги», особенно когда мы с братцем-Шуриком решили, что мол, если что — растолкаем. Единственное полезное, что было добыто нами во время попыток форсировать эти своротки — парочка лягушек, да опята-лопухи, растущие из берёзовых корней прямо на дороге.

Когда же мы въехали в деревню, то глазам предстало ленивое тело реки с зарослями элодеи по берегам, простирающееся где-то внизу под деревней. После деревни дорога продолжалась — можно было проехать ещё выше по течению, но качество её снова оставляло желать лучшего. Объехав деревню и поглазев на один участок, «огород» которого был сплошь уставлен сбитыми из неширокой доски «домиками» для женьшеня, мы поехали обратно к Артям.

Как-то я вдруг призадумался. Вот вроде ненавижу работу в огороде, а интересно показалось. Женьшень! Не редиска какая-нибудь (хотя, и редиска — хорошее дело), не помидоры… Женьшень. Сразу в голову лезет план по проникновению на комаровский огород с навесами (благо Михей-Старший из Уфа-Шигирей этого дедка лично знает). Надыбать семечек или корешок… Но тут же вспоминаю, что имею дело со своего рода нонсенсом. Ведь женьшень — очень прихотливое растение и в неволе растёт плохо. И дедок этот не один год повозился, пока у него стало что-то получаться…

Вано вывел меня из размышлений извечным вопросом «куда ехать?» Время уже подходило к шести, а мы до сих пор не встали на бивак.

— В Усть-Югуш. — не раздумывая ответил я.

Иных вариантов не было. Этот посёлок распологался по течению перед Артями. Судя по всему — подходы к берегу там должны быть. Да и речка его огибает, так что всё должно быть нормально…

В Усть-Югуше подъезд к реке был найден, как раз — напротив переката. Но близость посёлка и большое количество пустых бутылок из-под пива сразу отбили охоту здесь останавливаться. Берег представлял из себя негустую тополиную рощу с очень малым количеством дров. Пришлось ехать дальше.

Хорошо, что дорога была низко по отношению к реке и шла вровень с берегом. Проезжая мимо заводи, которая заросла кувшинками, мы вдруг увидели выход крупной щуки. Она пуганула мальков, а потом ещё пару раз брызганула хорошим всплеском. Настроение сразу как-то улучшилось. И бы бы встали там, если бы не туристы.

Попетляв по свороткам и обнаружив ещё несколько занятых стоянок, мы наконец нашли одно свободное место с «карманом» для машины и ровненькой лужайкой с костровищем. Там и остановились. Ниже распологался перекат, а противоположный берег реки круто обрывался подмытым глиняным боком, за ним виднелись луга с островками зелени, а фоном всему этому являлись две горы-стенки, заросшие чистым сосняком — без примеси берёз или других деревьев.

Я надул лодку и первым делом сплавал к перекату. Там побросал балду на предмет хариуса. В итоге не поймал ничего. Уже вечерело, обычно в это время хариус делает свечки — выпрыгивает из воды и ловит насекомых. Вспомнился танец хариусов, который я наблюдал тем летом. Но, увы, здесь похоже его не было… Скорее всего предприимчивые рыбачки «с хлыстами» — как говорит Михей-старший — выбили его тут до последней рыбёшки.

Вернулся к стану. Шурик развёл костёр, а Вано стоял и разматывал кораблик, попивая пиво из полуторалитровой бутылки. У меня с собой кораблика не было, но — как оказалось впоследствии — он был бы лишней обузой…

— Тащи, тащи! Сидит! Вон — на среднем поводке.

Это уже ночью, когда вдруг невесть откуда в реке появилась стая мелкой щуки и стала жадно хватать всё что движется. Ванька снял щурогайку, но запутал леер с поводками. Пока он распутывал его, братец-Шурик закидывал мой спининг и через две проводки была поклёвка.

Я же сидел рядом и светил фонариком в сторону клубка, который Ванька пытался распутать.

— Ну и чёрт с ним! — он перекусил леер и выкинул «лишнюю часть» с тремя поводками. А оставшиеся концы связал между собой.

Что-то прохладно стало, да и взгрустнулось вдруг… Вано достал «чекундан». Разлили за ужином 250 грамм водки по трём стакашкам и в два присеста приговорили. Вано сразу посетовал — дескать, баловство — мало. На что от Шурика последовал острый ответ с намёком на предстоящий утрений драйв «антилопы гну». Лицо у Вани обрело особо серьёзное выражение и он сознательно отказался от добавки. А так бы пришлось в деревню идти — за чемергесом1.

Лодка очень пригодилась нам, потому как течения у берега не было. Я работал «ракетой-носителем» — отвозил кораблик подальше от берега и там выкидывал его в реку. А Вано, натянув леер, разгонял его по струе. И так — после каждой поклёвки, или проверки на поклёвку.

Когда нам надоело возиться с корабликом — посидели у костра в ночной тишине, пожарили сосиски, а после завалились спать. Чуть позже мы ощутили в головах странный низкий гул, словно некий источник звука заработал поблизости, но направление на него невозможно было определить — звук словно шёл со всех сторон сразу, а порою казалось, что он рождался внутри нас. Это продолжалось наверное полчаса, а затем также резко, как и началось — прекратилось. Кстати, подобное явление происходило не только с нами, но и с другими людьми, причём неоднократно и в разных местах Среднего Урала. Возможно, звук является результатом работы какой-то техники, хотя — кто его знает?

Утречком хорошо поплавали по речке и исхлестали поверхность воды разнообразными блёснами. Но самым уловистым оказался попугайный жёлтый Ванькин поппер. Им он умудрился поймать мелкую щучку за брюхо.

В итоге всей рыбой, пойманной за ту вылазку, оказались худосочные щурята. Я же стосковался по плотному и здоровому голавлю. А его в реке не было, хотя стограммового голавлишку Ванька всё же вытащил на кораблик. Кстати, во время вываживания что-то очень мощное метнулось к поводку с рыбёшкой, потянуло его и вызвало на поверхности бурун и круги. Но что это было — загадка. Извлечённый из воды, голавлик был без единой царапины, значит его точно не щука хапнула. Либо жерех (что скорее всего), либо крупный голавль.

Шурик поймал какого-то здоровенного паука (размах лап — сантиметров 10), судя по всему подводного — который из паутины водолазные колокола делает. Повёз его домой в коробочке в качестве трофея.

Уезжать не хотелось. Как-то уютно было здесь — в этой тополиной роще. Тополь там рос совсем не такой, как в городе — его листья были острые и вытянутые, а кора светлой.

Обратно ехали на одном аккумуляторе, потому как в «антилопе-гну» генератор полетел. Мы сначала вроде кипишить начали — а вдруг на середине дороги встанем? «Не бойтесь,» — говорит Вано, — «я вас доставлю в город». И доставил. Хватило-таки аккумулятора и Ванькиного навыка, который не пропьёшь.

Позже стало известно, что выше и ниже Усть-Югуша в выходные не клевало, да и в самом посёлке рыба не радовала. А потом кто-то из Ванькиных знакомых сообщил, что в Курках (это ниже Артей на несколько километров) нет отбоя от мелкой щуки. Ощущение было такое, что она собралась с верхнего течения и скатывалась вниз из-за падающего в реке уровня, который накануне нашего приезда в Усть-Югуш был выше сантиметров на пятьдесят…

* 25 августа 2006 *


  1. Чемергес — самогон по-татарски.
Версия статьи от
Если статья оказалась полезной, Вы можете её
оценить:
ЕрундаПлохоПосредственноХорошоОтлично (оценок: 2, средняя: 5,00)
Загрузка...
или
рекомендовать друзьям в соцсетях:

Уважаемый читатель! Сайт "Урочище" существует и развивается за счёт доходов от показа рекламы, которая должна быть на месте этого серого прямоугольника. К сожалению, её нещадно снесла баннерорезка Вашего браузера. Если Вы считаете наш ресурс полезным и готовы поддержать его - Вы можете внести его адрес в список исключений блокировщика.

Прочие статьи по теме:

Данную статью прокомментировали 7 раз. Прежде чем оставить свой комментарий - ознакомьтесь с «Правилами обсуждения статей».
  1. Винил Скретч Девка:

    яички то не продул в жиге то

  2. vanopersk:

    Вот на счет чекутейки сам Автор сказал -мало надо было больше

    • arhey:

      Веришь-нет, но я в упор уже не помню, хотя мне запомнилось именно твоё лёгкое возмущение насчёт быстро кончившейся водки — ввиду нашей с Шурупом помощи по её поглощению. :D

  3. vanopersk:

    Да замучиетесь пропивать я Вас быстрей пропью

  4. vanopersk:

    а потоймушто вы с Саморезом мне высказали что пить мы не будем. а на самом деле взяли все и выпили

  5. arhey:

    Ничего не поделаешь — хорошая мысля приходит опосля.

  6. Винил Скретч Девка:

    Вечно вы Ваньку обламываете

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

← Прикрепить картинку (только JPEG).